Политика

«На протяжении всей ночи стоишь по колено в крови, и я потребовал отдыха»

«На протяжении всей ночи стоишь по колено в крови, и я потребовал отдыха» «На протяжении всей ночи стоишь по колено в крови, и я потребовал отдыха»

Признания участвующих спецгрупп НКВД и исполнителей расстрелов русских людей. Украина не прекращает открывать архивы Огромного терроризма

С 1937 по 1938 год к высшей мере наказания в СССР было приговорено 681 692 человека. Подлинник справки с этими цифрами подписан исполняющий обязанности руководителя 1-го спецотдела МВД Советский Союз полковником Павловым в 1954 году и в текущее время хранится в Муниципальном архиве России.

Фото из архива

Террор был неразделимой частью русской власти с самого начала и вплоть до погибели Иосифа Сталина. Но репрессии 1937–38 годов стояли домом и отличались беспримерной массовостью и беспощадностью. Управления НКВД на территории всего государства практически 18 месяцев трудились в режиме специальной операции. Некоторые управления получили функции расстрельных с приведением приговоров в выполнение конкретно в стенках этих «заведений». С началом Огромного терроризма органам НКВД необходимо было в кратчайший срок приготовить помещения для расстрелов, обмыслить логистику и организовать особые группы снутри тюрем управлений государственной безопасности и управлений НКВД для реализации намеченной цели. За время проведения операции, будучи в неизменном физическом и нервном напряжении, специальной группы расстрельщиков, обычно, деградировали, морально опускались, занимались пьянством и мародерством.

В 1939–41 годах в Советском союзе военные суды изучали несколько уголовных дел над специальными группами «исполнителей», часть из которых в конечном итоге получила наказание в виде заключения.

с помощью тому, что Украина открыла архивы НКВД, несколько таковых дел на данный момент доступны для исследования. В данном материале мы приводим прямую речь самих участвующих спецгрупп и исполнителей расстрелов русских людей. Они скажут про то, каким образом работал сборочный поток расстрелов, кто заходил в круг участвующих, как им с этим жилось.

Без пояснений.

Из материалов выступления в военном суде работника НКВД Игнатенко (г. Житомир).

«…Работая в Житомире с 1931 г. в НКВД, я поступил стрелком ОСНАЗа (Отряда быстрого реагирования.Ред.), потом меня выделили на оперработу по выполнению приговоров, и всегда я был на этой работе…

Когда начались масштабные операции, я доставлял арестованных и употреблялся на подсобной работе, а позже меня назначили в 1937 г. на выполнение приговоров.

Тогда приводили по 150–200 чел., заводили их поодиночке и так расстреливали. Заводили всех поначалу в огромную комнату, рассказывали, что их отбирают на работы, и оттуда по одному выводили и заводили к нам, а мы расстреливали их. Никаких нарушений тогда при Шатове не было.

Когда операциями стал управлять Стругачёв, были тяжелейщие ошибки, и назначили заместо него Лебедева. Позже приехал Гришин, и он каждый день стал нас посещать при выполнении приговоров.

Если ранее дам не раздевали, то позже их стали раздевать. Я тогда трудился на погрузке тел, т.к. все страшились их брать в руки. Когда стреляли, мы ранее тела складывали в кучу, а позже их выносили.

Помню, дам стали раздевать тогда, когда Гришин приехал, и потому, что дам раздевали, неловко стало их грузить.

Выписки из актов о расстреле УНКВД Житомира с распоряжением времени. Интервал меж расстрелами — 2 минутки. Фото из архива

Когда выросло количество осужденных, Лебедев сообщил, что Гришин повелел всех связывать, и их вязали человек по 50 и сходу по 50 чел. заводили в комнату, но соединены они были каждый раздельно. Когда 1-ый раз завели сходу 50 чел., они услышали выстрелы, а около них стояли наши люди с палками. Я стал их по одному подавать в двери, а Гришин в это время обходил их и лупил палкой по голове. Люди падали, сами вставать не могли, т.к. они были соединены, и я был должен их выносить на руках для расстрела. Я утомился, начал возражать против этого, а Гришин смеется.

Кое-как этих людей расстреляли, я 2 машинки нагрузил и до того утомился, что не мог больше таскать тела, а никто не желает мне посодействовать. На кладбище пока приехали, запоздали незначительно, сходу поэтому напали на меня. Я сообщил, что меня принудили не лишь тела носить, да и людей на расстрел носить, поэтому и задержалась погрузка.

Позже стали раздевать дам донага, и я возражал против этого, т.к. трудно брать нагих и носить, а позже ведь необходимо их еще сбросить с машинки и зарыть. Я возражал, а нужно мной стали смеяться, но позже стали такую вещь делать: старух пропускают одетыми, а юных дам раздевают. Когда я возражал и приводил прошлые примеры, когда никого не раздевали, мне отвечали, что то было при Ягоде…

…Я не могу говорить числа, но я сам перестрелял тысячи людей. Это стало отражаться на здоровье. Дошло до того, что дважды я пробовал стрелять в себя.

Ходишь по улице и вдруг начинаешь бежать — кажется за тобой гонятся расстрелянные.

Приходишь на работу и работать не можешь, пойдешь убьешь птичку либо кошку и позже работаешь. При масштабных операциях я около 1,5 лет спал тут не раздеваясь. Проспишь пару часиков и снова сходу за работу берешься…»

Из материалов дачи показаний мл. лейтенанта государственной безопасности Томина (НКВД г. Умань).

«…ВОПРОС: Поведайте, какой существовал порядок приведения в выполнение приговоров над осужденными к ВМН во время работы в Уманской оперследгруппе?

Александр Томин. Фото из архива

ОТВЕТ: В 1937 году было распоряжение управления регионального отделения НКВД приводить вердиктав выполнение в гор. Умани. Для данной задачи был адаптирован подвальное помещение на территории хоз. двора Уманского РО НКВД под клубом, который состоял из 3-х комнат, также некоторое помещение бывшей сапожной мастерской, которое находится примерно в 20 сажень от подвального помещения. Перечни лиц, которых приговорили к ВМН, получал бывший нач. РО НКВД Борисов, он же нес индивидуальную вину за выполнение приговоров. Приготовление к исполнениям приговоров проводил экс-руководитель тюрьмы гор. Умани Абрамович. Последний фотографировал лиц, подлежащих расстрелу, и доставлял их на территорию РО НКВД в помещение бывшей сапожной мастерской. Перед исполнением вердикта Борисов сам лично инспектировал лиц, которых приговорили к ВМН, то есть Борисов инспектировал их по анкетным данным, также согласно фотографий удостоверялся в личности. После проверки Борисовым, приговоренных по одному человеку водили в подвальное помещение и там исполнялись вердикта.

Для работы по выполнению приговоров были привлечены сотрудники РО НКВД: нач. тюрьмы Абрамович, сотрудники ОО Пивонов и Щербина, водитель РО НКВД Зудин, комендант Карпов, вахтер Кравченко, фельдъегерь Верещук, уполномоченный СПО Данилов, руководитель РО Петров, приняли участие и иные сотрудники, но фамилий их я не могу вспомнить. Из следственных сотрудников для выполнения приговоров был привлечен и я…»

Показания обвиняемого Кондрацкого (г. Житомир)

«…На работу в комендатуру я попал в первый раз в августе 1937 г. Попал я таким образом. Все интересовались, как это случается, а людей не хватало, и Шатов повелел взять меня, Бланка и остальных сотрудников Особенного отдела.

Привозили осужденных машинками, брали по 10 чел., вводили в тюрпод (тюремный подвальное помещение. — Ред.), вязали им руки, и, чтоб они не догадывались о расстреле, мне предложили объявлять им, что будто бы я их беру на стройку и буду возить машинками. Так их заводили в гараж. Брали по одному, стреляли по одному, но выстрелы все слышны были, невзирая на работу автомотора.

В которых критериях мы тогда работали. Помещение не было адаптировано.

Нам чуть не план давали, если сейчас 100, завтра необходимо расстрелять 200 чел.

Я работу кооперировал, на протяжении всей ночи работал тут, а днем вел следствие.

На протяжении всей ночи стоишь по колено в крови, в мерзости, и дошло до того, что я чуть ли не забастовал и потребовал отдыха.

Бывало, что весь вывозишься, и потому с себя мы начали сбрасывать одежку… Наилучшую одежку с расстрелянных снимали, в ней грузили тела и закапывали их…»

Показания вахтера НКВД Кравченко (г. Умань).

«ВОПРОС: Вы участвовали в приведении приговоров в выполнение над осужденными за время работы в Умани межрайследгруппы в 1937–38 гг.

ОТВЕТ: Да, воспринимал. А также, я также принял участие в предании земле расстрелянных. Бригада, которая приводила вердикта в выполнение и убиравшая осужденных, состояла из 7 человек, возглавлял её бывш. нач. Уманской тюрьмы Абрамович, в текущее время задержан.

Руководитель Уманской тюрьмы Самуил Абрамович. Фото из архива

ВОПРОС: Кто в то время являлся нач. оперследгруппы?

ОТВЕТ: Нач. межрайследгруппы в Умани, когда приводились вердикта в выполнение, был Томин — мл. лейтенант Государственной безопасности.

ВОПРОС: Понятно, что вы являлись очевидцем криминальных действий при приведении приговоров в выполнение со стороны Абрамовича и Томина. Поведайте детальнее об этих фактах.

ОТВЕТ: За время существования обозначенной выше бригады по приведению приговоров в выполнение я был очевидцем криминальных действий со стороны Абрамовича, Томина и др. лиц, имело место масштабное мародерство, хищения ценностей, изымательство над осужденными, граничащее с садизмом, зачинателем этого являлся Абрамович, а в данном ему потакал Томин. Все это сводилось к последующему:

Средства осужденных, которые выдавались им на руки тюремной канцелярией, перед приведением приговоров в выполнение Абрамович забирал для себя, в РО НКВД не сдавал, на последующий день он в конвертах индивидуально вручал участникам бригады, также и мне, суммы не превосходящие 50 р., львиная доля изымаемых средств шла в пользу Абрамовича…

…Вещи осужденных постоянно расхищались Абрамовичем и Щербиной, последний ценные вещи первым забирал, эти два лица являлись первыми зачинателями хищения вещей. Неценные вещи они также давали рядовым участникам бригады, также и мне.

Вместе с этим я желаю отметить этот факт, он был не единственным.

Абрамович в один прекрасный момент в моем присутствии у 1-го расстрелянного ручкой пистолета из челюсти вышиб золотые зубы и завернул их в платок,

в моем присутствии демонстрировал Томину, последний на эти деяния Абрамовича ничего не сообщил, а отдал ему осознать продолжать это далее…

…Не считая изложенного мне известны факты садизма, который имел место по отношению к арестованным. Так напр.

при уборке тел, я видел молоденькую даму, в половой орган которой была воткнута палка,

кто сделал это, мне непонятно, но думаю, что это дело рук Абрамовича, об этих изымательствах по моему воззрению было отлично понятно Томину, он обычно находился при выполнении приговоров…»

Показания обвиняемого Гришина-Шенкмана (НКВД г. Житомир)

«…Я желаю сообщить о системе, которая обязана обеспечить охрану, расстрел тех, кого необходимо, конспирацию и т.д. Какой была система. Я желаю сообщить, как у нас было это поставлено.

Система была этот: ранее всего был старший Лебедев, который отвечает и за расположение арестованных после их доставки, и за проверку, кого расстреливали, но Лебедев опрос создавал поверхностно, не считая установочных данных, про что я ни один раз докладывал. Он взял людей и сопровождал их в гараж. Палки эти при этот операции обязательны, т.к. нигде в них стрелять нельзя до места, где они должны быть расстреляны, а при надобности пускать их в ход, то есть если осужденный догадается и может поднять шум, то палкой необходимо его оглушить. Расстрел производили 4 человека: Тимошенко и Бланк стреляли, а двое остальных подавали людей.

Самое принципиальное — проверка тел была возложена на одно лицо, которое ничем больше не занималось, уборка следов — они неизбежно могут остаться и во дворе, и по магистрале, потому Лебедев в легковушке двигался сам за машинкой с телами и инспектировал все следы, далее — кладбище и гробовщики. На кладбище завлекли 2-ух гробовщиков, и их обязанностью было выкопать утром одну–две–три ямы, и задание им давал лишь комендант. Кладбище игралось самую решающую роль, т.к. оттуда могла начаться дешифрование операций, и весь состав был в курсе, что с весны кладбище необходимо подсыпать, сравнять и засеять травкой…

…Я прошу учитывать, что Тимошенко и Бланк из-за неизменных расстрелов стали практически ненормальными людьми, и я ни один раз рассказывал, что необходимо уже их высвободить от выполнения приговоров.

Сейчас о вырывании зубов. Соснов сообщает, что этим занимался Игнатенко. У него же найдено 36 зубов, следовательно, он их не за один раз вырвал у тел…»

При подготовке материала применены архивно-следственные дела: ОГА СБУ ф. 5, оп. 1, д. 67841 ОГУ СБУ ф.5, оп. 1, д. 38195

Источник

27


Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Каталог webplus.info
Каталог бизнес сайтов manyweb.ru - обмен линками
Закрыть
Закрыть