Политика

Израиль и антикитайский альянс: Не «наша война»

Израиль и антикитайский альянс: Не "наша война"

Англоязычные державы — лучшие друзья Израиля, но Израилю следует дистанцироваться от их нового антикитайского союза.

Подобно герой фильма «Форрест Гамп», Филипп Этьен неоднократно оказывался в эпицентре драматических событий истории. Полиглот, владеющий 6 языками, он начал свою сорокалетнюю дипломатическую карьеру в Белграде, куда он прибыл через год после смерти легендарного Иосипа Броз Тито, и, таким образом, стал свидетелем начала развала Югославии. Он стал свидетелем окончания «холодной войны»: сначала в Москве, где работал во время распада СССР; потом в Брюсселе, где служил, когда рухнула Берлинская стена; и, наконец, в Бонне — где в первый и последний раз встретились лидеры Восточной и Западной Германии.

Неудивительно, что именно Этьен находился на должности посла Франции в Вашингтоне в момент крупнейшего кризиса в отношениях обеих стран за всю историю двусторонних отношений. Когда правительство Франции отозвало его из Вашингтона, и он летел на родину через Атлантику, 65-летний дипломат, должно быть, задавался вопросом, как и почему волею судеб он постоянно оказывается в эпицентре знаковых событий. Сейчас Этьен уже вернулся в Вашингтон, но последствия конфликта, в который он оказался вовлечен, еще долго будут сказываться на отношениях не только двух государств, но и на политике многих других стран так или иначе втянутых в новую «холодную войну». В том числе, и для Израиля.

Конфликт между двумя странами словно был списан со сценария исторического фильма на Netflix: это был апогей драмы, завязанной на гигантских деньгах, национальном достоинстве и истории. Действие «сериала» охватывает четыре континента, а интрига закручивается вокруг сделки на 66 миллиардов долларов, в рамках которой Франция должна была поставить Австралии 12 подводных лодок. Соглашение было подписано в 2014 году. Сделка была уже «на мази», когда неожиданно выяснилось, что Австралия за спиной у французов заключила альтернативную сделку с Вашингтоном.

В принципе решение Канберры было понятно. Этот шаг Австралии отразил ее оценку ситуации вокруг стратегической угрозы Китая. В Австралии пришли к выводу, что растущая агрессивность Поднебесной требует наличия у ВМФ страны ядерных, а не дизельных подлодок, поставка которых должна быть осуществлена в более короткие сроки, чем это предполагало соглашение с французами. Решение Канберры было обусловлено не только техническими факторами. Речь идет о долгосрочной стратегии: создании Индо-Тихоокеанского альянса, созданного англоязычными державами (AUKUS): США, Великобританией и Австралией.

Франция расценила данное решение как предательство. Не случайно, министр иностранных дел этой страны Жан-Ив Ле Дриан заявил об «ударе в спину». Францию действительно предали. Но дело тут не в верности, а в интересах. Речь идет о новом геополитическом порядке, который фактически заменит НАТО и определит систему международных отношений в предстоящие годы.

Между Вашингтоном и Парижем давно уже усиливались расхождения в отношении задач западного альянса. Для США главной стратегической угрозой сегодня становится Китай с его быстро усиливающейся политической и экономической мощью. С точки зрения Франции, основная опасность исходит не от Пекина, а от Москвы. Не потому что Россия сможет и захочет вторгнуться в собственно Францию, сколько потому, что она угрожает безопасности другим государствам Евросоюза.

Я почувствовал растущий страх Европы перед Россией во время визита в Литву в 2019 году и встречи с тогдашним министром обороны этой страны Раймундасом Кароблисом. По его словам, после вторжения России в Крым Вильнюс пришел к выводу, что Россия хочет восстановить свое региональное господство и снова превратить «соседние страны в своих марионеток». Подобные страхи распространены на всем восточном фланге ЕС, от Эстонии до Болгарии, где бывшие коммунистические страны опасаются угрозы со стороны возрождающейся и бряцающей оружием Российской империи. Американцев и австралийцев устремления и амбиции Москвы мало волнуют. Куда больше их беспокоит растущая мощь Китая, открыто стремящего к доминированию на Дальнем Востоке. Другими словами, в области оборонной политики Запад все больше раскалывается на два лагеря: тех, кто испытывает растущий страх перед угрозой со стороны России, и тех, кто ставит первостепенной задачей сдерживание Китая.

В то же время противостояние утратило налет идеологического конфликта. И Китай, и Россия больше не занимаются экспортом революций, как это было во время «холодной войны». Вот почему НАТО стало анахронизмом. С этой точки зрения, Великобританию связывает с Америкой и Австралией не только общая история и культура, но и то, что Великобритания, несмотря на крах своей империи, остается морской державой. Тем более, что после выхода Великобритании из ЕС эта страна удаляется от континентальной Европы. Для Лондона историческая напряженность между Россией и Польшей, государствами Балтии и Украиной менее значима, чем опасность, исходящая от Китая соседним государствами — от Токио до Перта.

Фактически три англоязычных державы НАТО — США, Великобритания и Канада, вместе с Австралией, направляют недвусмысленный посыл своим союзникам в Европе: в ближайшие годы они, наряду с Индией, Японией, Индонезией и Сингапуром, сосредоточатся на сдерживании Китая, а европейцы пусть занимаются Россией.

В Иерусалиме эта новая эволюция западной дипломатии побудит многих рефлекторно идентифицировать себя с новым альянсом, возглавляемым Америкой. Израиль слишком тесно связан с Америкой и чувствует себя в известной мере в долгу перед ней.

Некоторые могут также почувствовать злорадство по поводу затруднительного положения Франции, памятуя о французском эмбарго на поставки оружия Израилю в момент, когда он находился на грани уничтожения в 1967 году. Для многих израильтян это унижение Франции выглядит справедливым воздаянием за предательство Парижа, который в 1969 году отказал в продаже Израилю подлодок типа «Шербур», закупку которых Израиль полностью оплатил до французского эмбарго.

Однако в действительности все сложнее и неоднозначнее. Не буду напоминать о том, что французские лидеры того поколения давно уже ушли из жизни, что Этьен в то время был ребенком, а президент Эммануэль Макрон даже не родился. Важно другое. То, что Израиль ничего не в состоянии выиграть в этом противоборстве, но может много потерять от участия в схватке сверхдержав.

Ситуация радикально отличается от той, что была во время «холодной войны». Тогда Израиль был неотъемлемой частью западной коалиции, и тому были веские причины. СССР и маоистский Китай проводили активный антиизраильский курс, а в СССР процветал антисемитизм. Сегодня Израиль поддерживает с обеими странами хорошие отношения, оживленную торговлю и пользуется уважением и в Москве и в Пекине. Это крупное достижение, сохранение которого должно быть главной целью израильской дипломатии.

Израиль на протяжении последнего времени разумно проводил политику нейтралитета. Он отказался присоединиться к антироссийским санкциям, несмотря на давление администрации Обамы после оккупации русскими Крыма. Это была осмотрительная политика, которая принесла свои плоды, когда Россия пришла в Сирию. Таким же должно быть и наше отношение к противостоянию между Китаем и новым англосаксонским альянсом. Нам следует избегать однозначной поддержки англоязычных держав, даже несмотря на то, что они остаются нашими лучшими друзьями. Это не «наша война», и мы должны быть осмотрительны и благоразумны, дабы не попасть в ловушку и не потерять все дивиденды, которые дает нам сотрудничество с восточными державами.

Источник

Похожие статьи

Добавить комментарий

Кнопка «Наверх»
Каталог webplus.info
Каталог бизнес сайтов manyweb.ru - обмен линками
Закрыть
Закрыть